Я пришла в Ковчег научить детей видеть в литературе что-то, кроме сюжета. Его и в «Брифли» можно прочитать. И забыть. А вот провести параллель с жизнью, увидеть за пыльной книжкой вечный конфликт или этический вопрос — вот это дело, и дело хорошее.
Педагогом я стала «не благодаря, а вопреки». Вообще, я из династии педагогов всех мастей и росла в атмосфере стопок зеленых тетрадок, нагонявших тоску. Но любовь к Человеку и вера в него во мне победила — и я пришла к детям.
Я успела поработать в разных сферах — была и лит. редактором, и hr, но говорить с детьми о смыслах, побуждать их к рассуждению и творчеству меня побудило вернуться в педагогику и остаться там.
Настоящее чудо видеть, как в ребенке просыпается интерес к книге, как у него зажигается глаз от того, что в него кто-то верит, как бурлят эмоции — и какое удивление их постигает, когда все это они вдруг находят в произведениях!
Мы на уроках читаем по ролям, реставрируем книги, создаем проекты, даже под гитару поем.
Это все про литературу, это все — про любовь.
Педагогом я стала «не благодаря, а вопреки». Вообще, я из династии педагогов всех мастей и росла в атмосфере стопок зеленых тетрадок, нагонявших тоску. Но любовь к Человеку и вера в него во мне победила — и я пришла к детям.
Я успела поработать в разных сферах — была и лит. редактором, и hr, но говорить с детьми о смыслах, побуждать их к рассуждению и творчеству меня побудило вернуться в педагогику и остаться там.
Настоящее чудо видеть, как в ребенке просыпается интерес к книге, как у него зажигается глаз от того, что в него кто-то верит, как бурлят эмоции — и какое удивление их постигает, когда все это они вдруг находят в произведениях!
Мы на уроках читаем по ролям, реставрируем книги, создаем проекты, даже под гитару поем.
Это все про литературу, это все — про любовь.